«Восемь месяцев я провёл в коляске и заново учился говорить». Как спустя три года после геморрагического инсульта Пит пришёл в CrossFit и снова готовится работать
Три года назад Пит не мог представить, что однажды снова будет обсуждать приседания, гребной тренажёр, велосипед и ежедневные тренировки.После массивного геморрагического инсульта он оказался в инвалидной коляске, практически потерял нормальную функцию правой стороны тела, заново учился говорить и ходить, испытывал сильную боль и первые месяцы вообще не был уверен, что хочет продолжать такую жизнь.
До инсульта Пит был успешным руководителем.
Работа занимала огромное место.
Он привык решать сложные задачи, управлять людьми, конкурировать, смотреть на показатели и двигаться к следующей цели.
Потом за один день весь этот привычный образ человека исчез.
Теперь цель могла звучать:
поднять правую руку;
почувствовать положение ноги;
встать;
сказать фразу достаточно понятно, чтобы собеседник не попросил повторить;
сделать несколько шагов.
Через тридцать восемь месяцев после инсульта Пит снова ходит самостоятельно, почти полностью пользуется правой рукой, ежедневно занимается CrossFit и собирается вернуться к профессиональной деятельности.
Но если рассказать историю только этими двумя точками — коляска и CrossFit — получится слишком гладко.
Между ними были месяцы, когда он не хотел жить.
Год занятий в воде.
Период, когда Пит приходил в спортзал не тренироваться, а просто смотреть на людей, потому что собственное тело ещё не позволяло делать то же самое.
Переезд из дома сестры в отдельное жильё, где иногда вечером приходилось выбирать:
добраться до кухни или потратить последние силы на то, чтобы лечь в кровать.
И очень постепенное понимание, что восстановление после инсульта нельзя построить одним героическим усилием.
Иногда следующая цель должна находиться совсем рядом.
Инсульт произошёл на фоне периода, когда собственное здоровье постоянно откладывалось
Сам Пит связывает годы перед инсультом с большим количеством факторов.Высокое артериальное давление.
Избыточная масса тела.
Алкоголь.
Постоянный стресс.
Развод.
Дети, живущие с ним.
Изменение работы.
Автомобильная авария.
Большое количество ответственности одновременно.
Позже он сформулирует это почти как профессиональную ошибку.
На работе Пит никогда не оставил бы серьёзную проблему без внимания.
Если показатель ухудшается — разбираешься.
Если появляется риск — реагируешь.
Если проект идёт не туда — корректируешь.
Со здоровьем всё было иначе.
Всегда находилась причина заняться этим позже.
Врач подождёт.
Вес когда-нибудь сброшу.
Сейчас много работы.
Сейчас стресс.
Сначала решу другие проблемы.
А потом произошёл геморрагический инсульт.
В отличие от ишемического инсульта, при котором сосуд перекрывается, при геморрагическом происходит кровоизлияние в мозг.
В случае Пита хирургическое вмешательство, по его словам, не потребовалось — врачи контролировали кровотечение и состояние консервативно.
Но последствия оказались тяжёлыми.
Правую сторону тела он практически потерял
После инсульта особенно пострадала правая сторона.Рука почти не работала.
Нарушилась функция ноги.
Появились проблемы с речью.
Нужно было заново учиться ходить.
Около восьми месяцев основным средством передвижения оставалась инвалидная коляска.
Сегодня Пит может двигать рукой, поднимать вес, выполнять с ней упражнения и оценивает её силу примерно как половину прежней.
Но подобный результат появился не сразу.
Первые месяцы тело словно перестало принадлежать ему в привычном смысле.
Одной из проблем была проприоцепция — способность мозга понимать, где находится конечность без постоянного зрительного контроля.
До инсульта Пит не думал об этом вообще.
Никто обычно не смотрит на собственную стопу, чтобы понять, где она сейчас находится.
После инсульта подобная автоматическая карта тела нарушилась.
И именно поэтому позже вода окажется для него чрезвычайно полезной средой тренировок.
Первые восемнадцать месяцев были настолько тяжёлыми, что Пит не хотел жить
Сегодня он говорит о том времени достаточно открыто.Особенно тяжёлым был первый год.
Боль.
Коляска.
Утраченная профессия.
Речь, которая больше не работает автоматически.
Тело, которое не выполняет команды.
Раньше Пит был человеком, способным организовать бизнес и руководить людьми.
Теперь большая часть энергии уходила на элементарные действия.
Он говорит:
«Первые восемнадцать месяцев я не хотел жить. Особенно первый год».
Именно такие фразы очень важно сохранять в историях реабилитации.
Потому что спустя три года человек, занимающийся CrossFit, легко превращается в красивый мотивационный пример.
Создаётся ощущение:
у него просто был невероятный характер;
он сразу решил бороться;
каждый день становился сильнее.
Сам Пит описывает совсем другую реальность.
Сначала было очень темно.
Принятие произошло постепенно.
В больнице он решил изменить питание — но его способ нельзя копировать
В исходном интервью Пит рассказывает, что после инсульта резко ограничивал еду и за время госпитализации потерял около сорока фунтов.Позднее общая потеря массы составила примерно 150 фунтов — с 337 до значительно меньшего веса, после чего часть массы вернулась уже на фоне тренировок.
Здесь важно отделить личный опыт героя от медицинской рекомендации.
Крайнее ограничение питания сразу после инсульта не является универсальным или безопасным способом восстановления и не должно повторяться без врача и специалиста по лечебному питанию.
После инсульта организму может требоваться достаточное количество белка, энергии и питательных веществ для восстановления, а у отдельных пациентов дополнительно возникают проблемы с глотанием и другие риски.
Полезная часть опыта Пита находится не в том, сколько именно он ел.
Она в другом.
В больнице он впервые признал:
прежний образ жизни должен измениться.
Пит начал серьёзно заниматься питанием уже дальше, изучать собственные привычки и работать с факторами риска.
Самой естественной средой для первых серьёзных тренировок стала вода
Примерно через год после инсульта Пит начал заниматься в бассейне.В воде тело ощущалось иначе.
Сопротивление окружает конечность со всех сторон.
Движение становится медленнее и контролируемее.
Меньше страх падения.
Человеку проще экспериментировать:
где находится нога?
как она движется?
насколько получается перенести вес?
Для Пита это особенно помогало при нарушенной проприоцепции.
Он говорит, что практически около года работал в воде.
Не несколько занятий.
Не один реабилитационный курс.
Долгий этап.
Именно эта длительность особенно важна.
Восстановление после тяжёлого инсульта часто измеряется не неделями.
Даже когда движение уже появилось, ещё требуется превратить его в устойчивый бытовой навык.
Потом он четыре месяца тренировался в обычном зале с помощником
Следующий переход тоже происходил постепенно.Сначала бассейн.
Позже обычный тренажёрный зал.
Примерно четыре месяца Пит занимался там с человеком, который помогал организовывать упражнения.
Снова пришлось учиться переносить нагрузку уже без поддержки воды.
Работать с правой стороной.
Развивать ноги.
Укреплять корпус.
Разбираться с равновесием.
А в апреле следующего этапа Пит отказался от трости и решил попробовать CrossFit.
И вот здесь начинается часть истории, которая сегодня выглядит особенно впечатляюще.
Но сам Пит описывает первые тренировки одним словом:
«ужасно».
CrossFit пришлось сильно адаптировать
Человек после инсульта не приходит в зал и просто повторяет программу остальных участников.Питу приходилось менять огромное количество упражнений.
На первых этапах он адаптировал почти всё.
Сегодня, по его оценке, модификации нужны примерно в трети тренировки.
Он использует гребной тренажёр.
Велосипед.
Работает с весами.
Выполняет подтягивания.
Не может нормально бегать, хотя ходит самостоятельно и хочет постепенно попробовать работу над бегом на мягком песке у моря.
Именно изменение доли адаптаций стало для Пита одним из способов замечать прогресс.
Не:
вчера я был больным, сегодня здоровый.
А:
раньше практически каждое упражнение требовало специальной версии;
теперь большая часть программы уже выполняется ближе к обычной.