«Семь дней я ходила со сломанным позвоночником, потому что думала, что у меня только рёбра». История воздушной гимнастки, которая сорвалась во время выступления
В первые секунды после падения ей было не столько страшно, сколько стыдно, и именно это спустя почти два года после происшествия сама девушка вспоминала с удивлением, потому что лежала на полу ресторана после падения с воздушного снаряда, испытывала сильнейшую боль, рядом уже собирались испуганные знакомые, а в голове вместо мысли о позвоночнике или возможной инвалидности крутилась совершенно другая: как же неловко, что профессиональная артистка ошиблась прямо во время номера и теперь об этом узнают другие цирковые ребята. Она была настолько требовательна к себе, что первые минуты всерьёз думала не о прекращении выступления, а о том, что сейчас немного полежит, встанет и каким-нибудь образом закончит программу.До этого цирк постепенно превратился практически во всю её взрослую жизнь. Девушка пришла туда молодой, много тренировалась, осваивала воздушные номера, начала выступать, хорошо зарабатывала, путешествовала и строила будущее вокруг профессии, где красивое движение должно выглядеть для зрителя совершенно лёгким, хотя за несколькими минутами под куполом находятся годы физической подготовки, огромное количество повторений и очень строгая дисциплина. В тот новогодний период она одновременно участвовала в цирковой программе и выступала на корпоративных мероприятиях в ресторане, поэтому собственную воздушную конструкцию — «люстру», как её называли в разговоре, — постоянно перевозила с одной площадки на другую.
Несколько дней всё работало нормально.
Затем программа изменилась, выступление передвинули, девушка долго ждала своего выхода, а когда наконец поднялась в воздух, уже по ощущениям поняла, что что-то идёт немного иначе, чем обычно.
Во время номера произошёл срыв.
Она упала.
И в тот момент ещё не знала, что эта ошибка или техническая проблема разделит её жизнь не просто на период до травмы и после неё, а на длинную последовательность больниц, операций, повторных обследований, сломанной металлоконструкции, хронической боли и постепенного отказа от профессии, вокруг которой ещё вчера существовали практически все мечты.
После падения она была уверена, что просто сильно ушиблась и сломала рёбра
Скорая помощь приехала не сразу. Девушка лежала на полу и уже понимала, что даже небольшое движение вызывает чрезвычайно сильную боль.Особенно тяжёлым она вспоминает момент переноса на носилки и дорогу до больницы: любое изменение положения, движение колёс носилок или неровность на дороге отдавались в спину настолько резко, что приходилось просить остановиться хотя бы на несколько секунд.
Поездка, которая при обычных условиях должна была занять гораздо меньше времени, растянулась почти на два часа, поскольку водитель старался проходить неровности максимально медленно.
В больнице сделали первоначальное обследование.
По рассказу самой героини, врачи увидели семь сломанных рёбер.
Она попала в отделение общей хирургии и следующие дни получала лечение, в том числе из-за состояния грудной клетки и риска осложнений со стороны лёгких.
На этом первоначальный диагноз фактически закончился.
Позвоночник, как утверждает девушка, тогда повреждённым не посчитали.
И поэтому ей начали говорить то, что совершенно логично при обычной травме рёбер:
нужно постепенно вставать;
начинать двигаться;
не залеживаться;
потихоньку ходить.
Она пыталась.
«Мне сказали ходить — и я ходила»
Сегодня именно эта часть воспоминаний звучит особенно пугающе.Девушка вставала при помощи костылей и пыталась самостоятельно добраться до туалета, хотя каждая подобная прогулка становилась тяжелейшим испытанием.
По её рассказу, доходила в одну сторону и уже не понимала, как возвращаться обратно.
Начинало темнеть в глазах.
Появлялось ощущение приближающейся потери сознания.
Особенно сильно болели ноги и спина.
При этом объяснение оставалось прежним:
вы сильно упали;
конечно, всё будет болеть.
Но состояние не соответствовало тому, чего девушка ожидала от переломанных рёбер, и в какой-то момент она сама настояла на дополнительном обследовании.
Компьютерного томографа в той больнице не было, поэтому пришлось ехать в другое учреждение.
Результат оказался совсем другим.
По словам героини, повреждения позвоночника обнаружили сразу в нескольких местах.
Врач, увидевший результаты, был удивлён тем, что всё это время пациентка вообще вставала.
Девушка вспоминает его реакцию примерно так:
вам нельзя было ходить.
К этому моменту после падения прошло уже около недели.
Операцию сделали практически на границе срока, который называл хирург
По рассказу девушки, врач объяснил семье, что затягивать с хирургическим лечением дальше нельзя, поскольку повреждённые структуры уже начинают фиксироваться в неправильном положении и дальнейшее вмешательство становится сложнее.Её прооперировали примерно на девятые сутки после происшествия.
Казалось, что после этого начнётся более понятная часть истории.
Есть диагноз.
Есть операция.
Нужно переждать восстановление.
Потом реабилитация.
И через несколько месяцев постепенно вернуться к нормальной жизни.
Сама девушка именно так всё и представляла.
После выписки около двух месяцев она практически постоянно лежала.
Позже начала постепенно возвращать движение.
Примерно к пятому месяцу подошло время активной реабилитации.
Но вместо улучшения состояние начало становиться всё хуже.
Боль не уменьшалась.
Именно тогда появилась следующая проблема, которая превратила один сложный период восстановления в многолетнюю историю.
Ей несколько раз делали блокады, но боль продолжала усиливаться
Девушка проходила лечение и пыталась заниматься реабилитацией, однако улучшения, которого ждали после операции, не происходило.Она вспоминает несколько блокад позвоночника, после которых рассчитывала хотя бы на уменьшение боли.
Эффект оказался недостаточным.
В какой-то момент сформировалась почти капитуляционная мысль:
видимо, теперь мне просто придётся жить с этой болью.
Такое принятие хронической боли после серьёзной травмы встречается довольно часто: если месяцы обследований и лечения не дают результата, пациент постепенно начинает думать, что проблема является неизбежным последствием повреждения.
Однако семья продолжила искать объяснение.
Сделали новое исследование.
И, по рассказу героини, выяснилось, что установленная ранее конструкция повреждена: часть винтов сломалась и создавала дополнительное воздействие на окружающие ткани и нервные структуры.
Последовала ещё одна срочная операция.