Как нам обустроить квартиру
« : 10 Марта 2018, 14:33 »
Пока вы лежите в больнице — а это может продолжаться и полгода, и год,— ваши родные в короткие перерывы среди беготни между кухней, больницей, аптекой, опять кухней и снова больницей поглощены мыслью о вашем возвращении домой: будет ли вам удобно, как вас разместить, какую комнату выделить (если она не одна-единственная), где поставить кровать... Они мечутся от варианта к варианту, от затеи к затее, не зная, с кем посоветоваться.

Первое, что зависит от вас самих: убедите их, что не надо беспокоиться раньше времени, что постепенно все образуется и жизнь войдет в более или менее нормальную колею. Пусть они не колготятся, не затевают грандиозных перестроек и не тратятся заранее и впустую. Ведь никто пока не знает, что вам будет необходимо, а что окажется лишним.

Конечно, спустя несколько месяцев после травмы или болезни лечащий врач сможет дать самый предварительный прогноз. Во всяком случае, он сможет предсказать, понадобится ли вам коляска (пусть даже на время) или вы обойдетесь без нее и по квартире станете передвигаться на своих двоих. Мой сосед по подъезду после вирусного миелита полностью обезножел, и я со своим тогда еще небольшим, но все же опытом предположил, что ему не избежать коляски, как только он начнет подниматься с постели. Каково же было мое завистливое, но радостное удивление, когда через несколько месяцев я увидел его под окнами на костылях, потом на палочках, а к лету он чуть вразвалку стал ходить пешком на работу.

Все же можно предвидеть, что если спустя пять-шесть месяцев после несчастья никаких сдвигов не произошло, к ногам не возвращается чувствительность, а живете вы на третьем этаже в доме без лифта, — надо всерьез задуматься об обмене квартиры, а может быть, и переезде в другой, пусть менее престижный, но более приемлемый для вашей дальнейшей жизни город.

Все в нашей политической судьбе меняется бешеными темпами, законы о жилье и раньше в разных республиках не были одинаковы, а теперь — то приватизация, то аукционы с миллионными ставками, так что общие советы давать совершенно бессмысленно. Раньше, при «развитом социализме», на инвалида первой группы с расстройствами тазовых органов (врач ВТЭК обязан был дать справку о недержании естественных отправлений, не проверяя это, а лишь доверяя общему медицинскому диагнозу) полагалась либо отдельная комната, либо, на худой конец, льгота на дополнительные 10 квадратных метров. Конечно, местные власти не кидались наперебой давать эти дополнительные комнаты и метры, но при получении новой квартиры подобные обстоятельства, как правило, учитывались.

В бюрократических кругах существует такое понятие, как смена этажности. Оно подразумевает изменение условий проживания без увеличения жилплощади. Несколько лет назад мне удалось обменять жилье на более удобное, хотя я не опустился, а поднялся с восьмого этажа на двадцать первый. Таким же образом поступили еще восемь моих соседей-колясочников.

Если в вашем городе обмен квартирами вещь реальная, то советую познакомиться с архитектурными проектами домов, которые уже выстроены или строятся. Возможно, среди них окажутся один-два типа, подходящие для вашей новой жизни. Перед подачей заявления об обмене я просто объезжал на машине районы новостроек и изучал, как устроены подъезды, насколько высоко над землей находится цоколь, пока не присмотрел «свой» вариант, в котором до самого лифта не было ни одной ступеньки ни снаружи, ни внутри.

Допустим, вы остановились на определенном строящемся доме, который подходит по планировке квартир и строению подъездов. Теперь важно выбрать конкретный подъезд, где нет ступеней при входе или, в крайнем случае, где есть место для сооружения длинного пологого пандуса. Может показаться, что речь идет о вещах само собой разумеющихся, однако ошибки, которые происходят при получении новых квартир или квартирных обменах, показывают, что это не так. Родители моего приятеля Николая Ч., действуя по нашей русской пословице «Дареному коню в зубы не смотрят», без участия самого Николая согласились на квартиру в доме на склоне оврага с восемью крутыми ступенями у подъезда, хотя соседний подъезд был очень удобным. Прохлопали, а потом было поздно. В результате много лет семья мучается, спуская и поднимая Колю с этого злосчастного неприступного крыльца.

Второй момент, который надо учитывать, — это доступность и близость площадки для будущего гаража. Вам надо оценить не только расстояние от подъезда, но и хороший обзор из окон, крутизну подхода (с учетом зимних гололедов и заносов), а также отсутствие под площадкой коммуникаций (электрокабеля, газопровода, водопровода и канализации), без чего вам не дадут разрешение на установку на этом месте даже временного металлического гаража. Заранее поинтересуйтесь этим у прораба, который строит дом, или обратите внимание на расположение люков, трансформаторных будок и свежезасыпанных траншей. Имейте в виду, что для колясочников положены гаражи большей площади, 4,5—5 х 6м2. Но до строительства гаража не дойдет дело, пока у вас не будет технического паспорта на машину со штампом об установке ручного управления. Только после этого вам надлежит вести переговоры с районным архитектором.

Выбирая район будущего жительства, я отдал бы предпочтение пологому рельефу местности, близости зеленой зоны и доступности для коляски общественных зданий (магазина, кинотеатра, поликлиники, парикмахерской), а при выборе квартиры — прежде всего окнам спальни, выходящим во двор, а не на шумную улицу, потому что сон инвалида не столь крепок, как у здорового человека. При наличии лифта, тем более грузового, этаж не играет большой роли, но забираться в поднебесье все же рискованно. В экстренных случаях второй и третий этажи вполне преодолимы при поломке лифтов.

В домах без лифта выбора нет — приходится довольствоваться первым этажом. Есть несколько возможностей преодоления ступеней вне и внутри дома. Первая и самая простая для парней с крепкими руками — оставить все, как есть, и научиться опускаться и подниматься по лестницам с перилами без посторонней помощи. Мы еще поговорим об этой нехитрой науке. Второй вариант — соорудить пандусы, которые могут быть откидными или стационарными внутри подъезда и постоянными снаружи дома. Подняться по крутому настилу, покрывающему стандартную лестницу, еще сложнее, чем по ступеням,— это доступно только сильному человеку, сидящему на комнатной коляске с большими колесами впереди. Сделать же пандус пологим, как правило, не удается из-за недостатка места.

Можно к откидному настилу добавить ручную лебедку, трос которой крепится на крюке в стене напротив. Борис Фертман, грузный шейник, таким образом поднимается в свою квартиру на третьем этаже, причем эта операция отнимает у одного из членов его семьи не более четверти часа. Пандусы с направляющими уголками или швеллерами откидываются и крепятся к перилам, причем колеи для колес следует предусмотреть достаточно широкими для любых колясок, в том числе и для колясок возможных гостей.

Наружные пандусы позволяют обойти ступеньки и на улице и в подъезде. Они устраиваются, как правило, вдоль стен дома и ведут к торцу застекленной лоджии, вместо которого делается дверь. Основная ошибка при сооружении таких конструкций состоит в том, что перед дверью не предусматривают горизонтальную площадку, свободно стоя на которой, инвалид сам может открыть и распахнуть внутрь дверь. Такими пандусами оборудованы квартиры многих жителей города Саки, а в Москве подобное сооружение можно увидеть, например, во дворе большого дома строго напротив Курского вокзала, где живут супруги Валентин и Наталья Р., оба передвигающиеся в колясках. Крутизна пандусов по техническим нормам не должна превышать 8°, но при устройстве на них перил и рифленом покрытии с помощью сильных рук можно преодолеть и гораздо большую крутизну — вплоть до 20°, хотя к строительству крутых пандусов имеет смысл прибегать только в ограниченном пространстве.
Единственное, что я порекомендовал бы всем спинальникам без исключения,— это соорудить станок для стояния в коленоупоре. Чтобы не просто переминаться в нем с ноги на ногу или смотреть телевизор, хорошо бы приделать к нему пюпитр для книги или тетради и превратить его в конторку вроде той, за какой любил работать Лев Толстой.